Митя Томсон
«Песни отчаянного опыта»
* * *
Из дома шлют фотки
кинотеатр «Рубеж» снесли
выстроили церковь
Не слишком она красивая
История как дурная бесконечность
Сначала ломают потом строят
То что строят потом
оно как правило хуже
Но пока ещё жить можно
То испечешь бретонский кекс
То борщ сваришь
Думаешь о большой войне
Будет она или нет
В Америке появились клещи
укусы которых заставляют людей поститься
Алгоритмы фейсбука вконец охуели
лепят какую-то чушь придется закрыть
Жалко какое никакое было окно
типа дупла дерева куда
можно нашептать проблему
теперь и этого не осталось
* * *
Вот говорят что роза пахнет розой
Хоть розой назови ее хоть нет
Мысль дельная Война, как ты её ни назови
воняет кровью, а ложь дерьмом
Хоть сотню тысяч лет
Ты шевеля своею бородою
вещать нам будешь про гигантов
Кибелу приплетя сюда и мёд
А ты хоть насквозь лысину протри
Рассказывая про особый путь
про нравственный закон
пугая гомосеками и пр.
Вот мой совет: боишься гомосеков
Так в жопу пробку вставь но никому
не говори об этом и не доставай
неровен час подкрасться могут сзади
глаза подкрасив в радужных тонах
* * *
Вонючие потемки загадочной русской души
Я открываю дверь и демоны устремляются прочь
Вылетая в различные дыры
Какой-то малыш застрял
в узком проходе и жалобно плачет
Исследуем этого нетопыря
попавшего на вивисекторский стол
Солнечный день в Подмосковье
тридцать три года назад
стрельбище
Три молодых солдата
втихомолку сбежали в сельпо
на обратном пути их поймали деды
Что говорят вкусные пирожки
Почему ж меня не угостили
Духи улыбаются смущенно
Вдруг один из дедов
Ловко прыгает в воздух
и пружинисто разогнувшись в полёте
бьет сапогом прямо мне в лицо
круто как в фильмах с Джеки Чаном
Я зажимаю налившийся кровью рот
сгибаюсь ничего не понимая
тяжёлые капли падают вниз
в густую толстую пыль поднимая
фонтанчики как первые капли дождя
и мгновенно чернеют
Рядовой Максаков с чеканным лицом
И атлетическим телом красавец
в котором и под хб
угадывались формы античного бога
Где ты сейчас интересно
В Думе В армии
Сдох уже или наоборот процветаешь
Жрешь шашлычки на подмосковной даче
Охотишься на баранов в горном Алтае
Или смотришь на море в Ницце
Где бы ты ни был ты Максаков
тридцать лет назад жестоко избил меня
и я расскажу об этом
пусть это будет твой
маленький страшный суд
Это была
первая встреча с реальностью
Ослепительная страшная вспышка
от удара в голову
Потом в учебке сержант
Кудрявый парень с Васильевского
С хорошими русским лицом
фамилии жаль не помню
Что-то я сказал такое в строю
В общем ему показалось
я вёл себя вызывающе
Вечером он вывел меня в туалет и стал бить в грудь
Это называлось прощупать фанеру
Один удар два три тридцать
И в какой-то момент я упал на пол
Я не смог дышать
Я думал что умираю
Он поднимал меня ставил к стенке
и бил снова
Я не верил происходящему
Оно казалось мне дурным сном
Я хотел только чтоб это кончилось
Но оно длилось длилось и длилось
Я потом месяц не мог вздохнуть
мешала боль в рёбрах
И это происходило и происходит постоянно
Тогда потом теперь
в Москве в Салехарде в Буче
Они бьют бьют они убивают
опьянев от запаха крови
Можно долго искать в этом странную логику
Потёмки прекрасной души
Можно выводить из этого
Законы расширения империи
Размышлять о величии
и духовных началах русской цивилизации
О материализме Запада
И о сермяжной правде
Но на самом деле
В свете резко открытой двери
В кладовке сидит
одинокая старая крыса
И что-то жует
В загадочных потёмках
Великой русской души
Стоит нестерпимая вонь
* * *
Бесконечные умножения сущностей
Даже в оплате коммунальных счетов
Какие-то бюрократические ухищрения
Что и за квартиру пока заплатишь
Глаза на лоб полезут
Когда все это с нами сделалось
Все пришло как-то незаметно
Сначала одно потом другое
Ладно думаешь это формальность
Хрен с ними пусть воруют меня не трогайте только
Вот и не трогают сиди и не вякай
Всем бы этим законам счетам и рожам
Не помешала бы бритва Оккама
Тот был мастер по борьбе с ненужным
Чик и все досвидос гуляй Вася
Но похоже что скорее реально
ликвидировать одну собственную сущность
чем бороться с этими другими
Эй бритва Оккама где ты
Широкая железная осока
На возьми мое горло
Стирка самообслуживания
Крутится в машине бельишко
Смотреть на него можно долго
как на Гераклитов пламень
Даже некая кинокартина
начинается с крупного плана
белья крутящегося в машине
Какая Вот увы не помню
Спросите у Долина Антона
Уж он-то так точно знает
Белье вращается в машине
поворачиваясь так и эдак
Красивое такое бельишко
Много мы на нем с женой спали
А теперь вот сижу как сыч я
За тыщи километров от дома
А ночами приходят бесы
Предлагают новый видосик
Заценить с Евою Элфи
Я говорю им бесы
Что-то вы сегодня расшалились
вот пожалуюсь протопопу Аввакуму
Несгибаемый был он и крепкий
как камень и вера как пламень
и даже чудеса мог делать
небольшие но все же мог ведь
Вспоминается хармсов чудотворец
что чудес никаких не делал
не таков был отец Аввакум
На площадке вчера я видел
как гулял маленький даун
он ревел и мычал страшно
делать пытался упражнения
я смотрел на него и думал
что Христос не проходил Греноблем
Вот если б он сейчас появился
на лоб ему возложил руку
произнёс бы «радуйся чадо»
и даун прекратил бы мычание
и в глаза взглянул ему со смыслом
Вот наверно Аввакум тоже мог бы
у него-то веры хватало
я же слаб как пластилиновая кукла
в пальцах шаловливого мальчишки
Бесы мя совсем одолели
* * *
Каждый
Развлекается как может
Заводит себе собачек и они
вырастают в стокилограммовых бестий
Читает новые переводы Шекспира
Читает старые переводы Данта
Изучает древнегреческий язык
В пятьдесят лет начинает жить заново
Надеется на какое-то будущее
С ужасом читает новости
Видит дурные сны
Читает английских мистиков семнадцатого века
Ссорится с женой
Заводит вторую собачку и котика
И пытается примирить
их существование в одной квартире
Смотрит по ночам порнуху
Не преуспевает в этом
Читает мистические истории
Слушает английские сюиты Баха
и французские немного тоже
Размышляет как же мы дошли до жизни такой
Вкладывает деньги в обречённые фонды
Слушая Баха отмечает сложный
путь развития музыкальной мысли
Читает статью о конях
предсказывающих гибель хозяину
Слушает нудный курс про Рюриковичей
Становится директором школы
Теряется в генеалогии княжичей
Как рукопись «Слова о полку Игореве»
Она-то одна а житий Александра Невского
более пятиста штук
О стихотворении Артюра Рембо «Зло» (эссе)
Биографическая справка: Артюр Рембо (1854 — 1891) — французский поэт, друг и товарищ другого известного французского поэта, Поля Верлена. Писал стихи только в юности, впоследствии отошел от творчества, много путешествовал, в том числе по Африке, где встречался с эфиопским императором Менеликом Вторым, потомком царя Соломона, тем самым, с которым позже виделся во время своих странствий и Николай Гумилев. Рембо умер в возрасте 37 лет в госпитале Марселя.
Рембо, не имея хорошего жизненного плана, в 15 лет убежал из дома, и во время скитаний оказался в городке Дуэ, где набросал несколько стихотворений. Он оставил рукопись местному поэту и издателю журнала поэзии, Полю Демени. Последний обещал издать стихи, но наврал, и тогда раздосадованный Рембо написал ему, чтобы он сжег тетради. Этого Демени, однако, не сделал, а в 1891 году, в год смерти Рембо, продал тетради перекупщику.
Теперь все французские школьники старательно читают эти стихи и внимательно их изучают, поверяя гармонию согласно строгим иезуитским алгоритмам. В сборнике, кстати, есть и знаменитая «Анадиомена», с «язвой ануса» и бедных детишек заставляют все это читать, не беспокоясь об их психике и нравственности.
Однако в стихах Рембо этого периода встречаются и более серьезные темы, чем чья бы то ни было задница. Например, тема войны — как раз тогда франко-прусская война 1870 года поразила воображение современников. Рембо, левак и сторонник коммуны, со всей яростью своего подросткового бунтарства обрушивается на французского императора Наполеона III-го, клеймит войну и её безумие. И его волнует вопрос о том, как господствующая религия — христианство, религия любви, проповедующая непротивление злу, как эта религия принимает, покрывает и пропагандирует войну. Он обвиняет церковников в двуличии, в лицемерии, во лжи. Одно из стихотворений, где он затрагивает эту тему, называется просто: «Зло», приведем оригинальный текст, а ниже подстрочник:
Le Mal
Tandis que les crachats rouges de la mitraille
Sifflent tout le jour par l’infini du ciel bleu ;
Qu’écarlates ou verts, près du Roi qui les raille,
Croulent les bataillons en masse dans le feu ;
Tandis qu’une folie épouvantable, broie
Et fait de cent milliers d’hommes un tas fumant ;
− Pauvres morts ! dans l’été, dans l’herbe, dans ta joie,
Nature ! ô toi qui fis ces hommes saintement !…
− Il est un Dieu, qui rit aux nappes damassées
Des autels, à l’encens, aux grands calices d’or;
Qui dans le bercement des hosannah s’endort,
Et se réveille, quand des mères, ramassées
Dans l’angoisse, et pleurant sous leur vieux bonnet noir,
Lui donnent un gros sou lié dans leur mouchoir!
Зло
В то время как красные плевки картечи
свистят весь день в бесконечно синем небе
Валятся в огонь батальоны солдат, в мундирах
алых или зеленых, возле короля, который смеется над ними
Когда чудовищное безумие перемалывает
сотни тысяч людей в кровавую кашу;
— Бедные мертвецы! Летом, в траве, среди твоих радостей, о природа!
Ты, которая сотворила своим священным таинством этих людей!
— И в это самое время Бог смеется
в расшитых накидках алтарей,
в фимиаме, в золотых чашах,
и засыпает под укачивающее пение осанн.
И просыпается, когда матери,
собравшись в церкви, в тоске, плача под своими траурными вуалями,
развязав свои кошельки,
бросают в церковную кружку звонкую монету.
Шестнадцатилетний Рембо удивляется здесь с детской наивностью, с той же наивностью, с какой чуть позже удивлялся старик Толстой странной абсурдности человеческого поведения — на словах проповедуя мир, добро и любовь убивать друг друга с яростью диких зверей. Бог у Рембо смеется в расшитой ткани, покрывающей алтари, в золотых чашах, дремлет под пение церковного хора и просыпается, когда слышит звон монеты, бросаемой в кружку. Что означает это «просыпается»? То, что Бог воздает матерям убитых солдат какую-то справедливость? Вовсе нет, ничего подобного. Может быть, он считает монеты, рачительно как пушкинский скупой рыцарь, ссыпает их с огромной ладони в церковную кассу: «усните здесь сном силы и покоя».
Бог смеется в расшитых скатертях, как потом у Бродского он будет лениво приплясывать на огне, на котором варит чечевицу. Но стихи Бродского полны, пусть и несколько языческой, но мирной благодати. Чего не сказать о стихах Рембо, бунтующих и беснующихся. Тема бессмысленной гибели солдат на войне проходит через стихи этого сборника, юного Рембо очевидно удручает гибель молодых, полных сил ребят. Однако «взявший меч от меча погибнет» — гибель солдата трагична, но в каком-то смысле закономерна. Но как осмыслить и оправдать гибель мирных жителей и, что самое ужасное, детей? Слеза ребенка всегда была в литературе одним из самых чувствительных инструментов. «Нельзя молится за царя-ирода, Богородица не велит», — отвечает царю Борису пушкинский юродивый. Снятся ли правителям, отдающим приказ о запуске ракет, убитые дети? Снятся ли они ракетчикам, молодым пацанам в камуфляже, разглядывающим на ночь после выполнения воинского долга порножурналы? Может быть, в воскресенье их поведут строем в военный храм? Храм Марса?
Есть разные школы и принципы перевода. Баз Лурман снял «Ромео и Джульетту» перенеся действие в современность, и такой прием совсем не нов и очень популярен, особенно в современных театральных постановках. Шекспировский призрак листает рилсы в ютюбе, а Парис стреляет в Ахилла из АК-47. Строго говоря (особенно, если речь о поэтическом тексте), то это не перевод, а скорее переложение, либо же стихотворение «по мотивам». Нечто подобное я попробовал сделать с этим текстом Рембо. Было семь утра, я провожал ребенка в школу и заодно решил проверить задания. Скачал файл, прочитал заданный стих. Я вообще редко это делаю, а если делаю – только по литературе или по истории, то есть по предметам, где я хоть что-то могу понять. Я прочитал стихотворение и сначала совершенно неожиданно для себя сделал более или менее точный его перевод, но потом как-то толкнулась вот эта версия, предполагающая эквивалентную замену реалий современными, как сказали бы юристы, mutatis mutandis – меняя то, что следует изменить с учетом изменившихся обстоятельств.
Вот что получилось:
Пока лазурь небес остервенев плюется
Металлом яростным в играющих детей
Вечерний звон в России раздается
И в церковь он зовет людей
И величаво дремлет бог во храмах
В покоях золотых под пение осанн
На кухне льется водочка в стакан
И воет бесов хор в телепрограммах
RAGH 