ЧИСТОЕ СЕРДЦЕ
В середине 1990-х я думал, что литература умерла.
Живые писатели казались мне танцорами, не замечающими,
что музыка замолкла, и потому их движения нелепы.
Но потом я прочел «Риф», а чуть позже «Июльское утро»,
и они заставили меня усомниться в смерти литературы.
Это еще одна причина моей любви к ним.
Из Интернета
Валерий Былинский. «Июльское утро» — первый опыт крупной формы. Потом будет огромный и громоздкий как графский комод из красного дерева его роман «Адаптация». Тяжелый, вместительный, с кучей дополнительных опций, с секретными замками, такой чеховский «многоуважаемый шкап». Попытка вместить в него все, что потребно мыслящему рефлексирующему человеку. Потом очень удачный роман «Все исключено». В отличие от автора, который опять, в очередной раз, был недоволен собой, нам показалось, что получившийся. Этот почти неподъемный вес удалось взять.
Но началось все с солнечного рассказа «Риф». Тут и сам автор считает, что у него получилось, и читатели с ним абсолютно согласны. Взявшись за переиздание этой книги, мы хотели бы обратить внимание читателя прежде всего на именно рассказы, про которые почему-то говорят мало (про «Риф» много, но «Риф» вообще отдельная тема для разбора). Рассказы стоят гораздо более того, чтобы просто о них упомянуть.
Есть такое литературное понятие — чистое сердце. Ребенок, потом юноша, потом взрослый человек. Казалось бы, в процессе взросления должно что-то ломаться, появляться больше цинизма, уверенности в своей обязательной правоте. А герой рассказов Былинского, умнея и набираясь опыта, умудряется не покрыться этой коркой взросления. Не чудо ли?
Этого в литературе сейчас практически не осталось. Снобизм, цинизм и самодовольство — вот наше кредо. С ним и сдохнем. А герой Былинского выживет, что, собственно, сейчас и происходит.
Леонид КУЗНЕЦОВ
RAGH 